Мы ждем тебя, спеши, Бухаров,
Брось царскосельских соловьев,
В кругу товарищей гусаров
Обычный кубок твой готов,
Для нас в беседе голосистой
Твой крик приятней соловья;
Нам мил и ус твой серебристый
И трубка плоская твоя,
Нам дорога твоя отвага,
Огнем душа твоя полна,
Как вновь раскупренная влага
В бутылке старого вина.
Столетья прошлого обломок,
Меж нас остался ты один,
Гусар прославленных потомок,
Пиров и битвы гражданин.
У Настасьи, степановой-то вдовы, шкатулка малахитова осталась. Со всяким женским прибором. Кольца там, серьги и протча по женскому обряду. Сама Хозяйка Медной горы одарила Степана этой шкатулкой, как он еще…
«Здорово, кум Фаддей!» – «Здорово, кум Егор!» –«Ну, каково приятель, поживаешь?» –«Ох, кум, беды моей, что́ вижу, ты не знаешь!Бог посетил меня: я сжег дотла свой дворИ по́-миру пошел с тех пор».–«Ка́к‑так? Плохая, кум, игрушка!» –«Да так!…
Когда случается бывать в давно известных местах, неизбежно у каждого встают в памяти образы людей, с которыми здесь встречался, говорил, работал и жил годами. И странным кажется порядок этого архива…
Нет.Это неправда.Нет!И ты?Любимая,за что,за что же?!Хорошо —я ходил,я дарил цветы,я ж из ящика не выкрал серебряных ложек!Белый,сшатался с пятого этажа.Ветер щеки ожег.Улица клубилась, визжа и ржа.Похотливо взлазил рожок на рожок.Вознес…
Переулочек, переул…Горло петелькой затянул. Тянет свежесть с Москва-реки.В окнах теплятся огоньки. Как по левой руке – пустырь,А по правой руке – монастырь, А напротив высокий кленКрасным заревом обагрен. А напротив…
Мои мечты стремятся вдаль,Где слышны вопли и рыданья,Чужую разделить печальИ муки тяжкого страданья. Я там могу найти себеОтраду в жизни, упоенье,И там, наперекор судьбе,Искать я буду вдохновенья. 1911—1912