Земля!
Дай исцелую твою лысеющую голову
лохмотьями губ моих в пятнах чужих позолот.
Дымом волос над пожарами глаз из олова
дай обовью я впалые груди болот.
Ты! Нас — двое,
ораненных, загнанных ланями,
вздыбилось ржанье оседланных смертью коней.
Дым из-за дома догонит нас длинными дланями,
мутью озлобив глаза догнивающих в ливнях огней.
Сестра моя!
В богадельнях идущих веков,
может быть, мать мне сыщется;
бросил я ей окровавленный песнями рог.
Квакая, скачет по полю
канава, зеленая сыщица,
нас заневолить
Утром в ржаном закуте,Где златятся рогожи в ряд,Семерых ощенила сука,Рыжих семерых щенят. До вечера она их ласкала,Причесывая языком,И струился снежок подталыйПод теплым ее животом. А вечером, когда курыОбсиживают шесток,Вышел хозяин…
Живущая в болоте, под горой,Лягушка на гору веснойПереселилась;Нашла там тинистый в лощинке уголокИ завела домокПод кустиком, в тени, меж травки, как раёк.Однако ж им она недолго веселилась.Настало лето, с ним жары,И дачи Квакушки так…
Есть в близости людей заветная черта,Ее не перейти влюбленности и страсти,Пусть в жуткой тишине сливаются устаИ сердце рвется от любви на части. И дружба здесь бессильна, и годаВысокого и огненного…
У всякого талант есть свой:Но часто, на успех прельщаяся чужой,Хватается за то иной,В чем он совсем не годен.А мой совет такой:Берись за то, к чему ты сроден,Коль хочешь, чтоб в делах успешный был конец. Какой-то смолоду…
Это ведь не скоро разберешь, где старое кончается, где новое начинается. Иное будто вчера делано, а думка от дедов-прадедов пришла. Не разделишь концы-то. Недавно вон у нас на заводе случай…
Остаться без носу – наш Маккавей боялся,Приехал на воды – и с носом он остался.