У —
лица.
Лица
у
догов
годов
рез —
че.
Че —
рез
железных коней
с окон бегущих домов
прыгнули первые кубы.
Лебеди шей колокольных,
гнитесь в силках проводов!
В небе жирафий рисунок готов
выпестрить ржавые чубы.
Пестр, как форель,
сын
безузорной пашни.
Фокусник
рельсы
тянет из пасти трамвая,
скрыт циферблатами башни.
Мы завоеваны!
Ванны.
Души.
Лифт.
Лиф души расстегнули,
Тело жгут руки.
Кричи, не кричи:
«Я не хотела!» —
резок
жгут
муки.
Ветер колючий
трубе
вырывает
дымчатой шерсти клок.
Лысый фонарь
сладострастно снимает
с улицы
черный чулок.
Пора забыть верблюжий этот гамИ белый дом на улице Жуковской.Пора, пора к березам и грибам,К широкой осени московской.Там всё теперь сияет, всё в росе,И небо забирается высоко,И помнит Рогачевское шоссеРазбойный…
Про шахтерки, чуни и каменный уголь Раз шахтерышахты близраспустили нюни:мол, шахтерки продрались,обносились чуни.Мимо шахты шел шептун.Втерся тихим вором.Нищету увидев ту,речь повел к шахтерам:»Большевистский этот райхуже, дескать, ада.Нет сапог, а уголь…
Ты жива еще, моя старушка?Жив и я. Привет тебе, привет!Пусть струится над твоей избушкойТот вечерний несказанный свет. Пишут мне, что ты, тая тревогу,Загрустила шибко обо мне,Что ты часто ходишь на…
Отворите мне темницу,Дайте мне сиянье дня,Черноглазую девицу,Черногривого коня.Я красавицу младуюПрежде сладко поцелую,На коня потом вскочу,В степь, как ветер, улечу.*Но окно тюрьмы высоко,Дверь тяжелая с замком;Черноокая далеко,В пышном тереме своем;Добрый конь…
Слышишь, как жалобно кричит чайка над шумящим, взволнованным морем? В туманной дали, на западе, теряются его темные воды; в туманную даль, на север, уходит каменистый берег. Холодно и ветрено. Глухой…
Били копыта.Пели будто:– Гриб.Грабь.Гроб.Груб. – Ветром опита,льдом обута,улица скользила,Лошадь на крупгрохнулась,и сразуза зевакой, зевака,штаны пришедшие Кузнецким клёшить,сгрудились,смех зазвенел и зазвякал:– Лошадь упала!-– Упала лошадь!-Смеялся Кузнецкий.Лишь один яголос свой не вмешивал…